Мария Порядина

Новый проект «Эгмонта» – книжная серия «Пёстрый квадрат». Отличное название: в меру «классичное», в меру оригинальное, и при этом весьма «культурологичное», потому что напоминает о многочисленных попытках поиска новых средств художественной выразительности – от «квадратов» Малевича до бесконечных толкований, подражаний и переосмыслений, не прекращающихся и сегодня. Углов у квадрата четыре, а книжек в серии уже пять: «Дрессировщик бутербродов» Сергея Георгиева, «Бублик для гуманоида» Валентины Дёгтевой, «Из переписки с Коровой» Тима Собакина, «Главный шпионский вопрос» Михаила Есеновского и «Непослушный пират» Артура Гиваргизова. При этом Гиваргизов, подготовив для «Эгмонта» свой сборник, вошёл в проект уже как редактор и выступил составителем серии, о которой идёт речь. А начиналось-то всё с того, что как-то раз Артуру Александровичу предложили сочинить что-нибудь познавательное на актуальную для современного ребёнка тему. «Вот, например, что интересно сегодняшним детям? – спросили писателя. – Например, пираты. Напишите про пиратов». Гиваргизов принялся было собирать материал, изучать источники – энциклопедии, справочники и исторические романы. Друзья даже повели его смотреть фильм про пиратов и получили кучу удовольствия, потому что фильм был ужасно глупый. Однако серьёзный Артур не получил никакого удовольствия; наоборот – он огорчился, да так, что ушёл из кинозала, прямо посреди сеанса. Но всё же успел узнать, каким должен быть правильный пират, как он должен себя вести и какие у него жизненные цели.

ПРАВИЛЬНЫЕ ПИРАТЫ

С тех самых времён, как в «Эгмонте» вышла первая «настоящая» книга Артура Гиваргизова – сборник прозы «Со шкафом на велосипеде», – этот автор не устаёт демонстрировать умение нестандартно подойти к вечным темам и остроумно перевернуть привычную картину.

Герой Гиваргизова – обыкновенный человек среднего школьного возраста, его мир – семья и школа. И в этих-то обыденных, всем знакомых границах совершается абсурдное действо. «Фирменный» гиваргизовский приём состоит в том, что писатель разворачивает перед нами естественный, абсолютно логичный ход событий, в котором вдруг возникает некий смысловой «вывих». И лишь добравшись до конца, читатель понимает, что этот «вывих» – не в тексте, а в действительности. Ведь Гиваргизов изображает не вымышленный мир, а нашу с вами сегодняшнюю жизнь, реальную, узнаваемую во всех подробностях.

Недаром и художник Максим Покалёв (надо заметить, что Гиваргизову на этот раз не просто повезло, а офигенно повезло с иллюстратором!) рисует словно «всё как есть», «всё по-настоящему». Если город, то Москва – с Кремлём и набережными, новодельными небоскрёбами и церетелиевскими монументами (плюс пиратские суда); если двор, то с обязательными старушками на лавочке (плюс дворовые кошки в изобилии); если балкон, то с целым букетом лыж и палок (плюс велосипед, тот самый). А если пират, то всё при нём: и повязка на глазу, и попугай на плече, и кривая сабля в руке, и правильное понимание ситуации.

«Настоящих пиратов каждый день ругают родители, – сказал Миша. – Без этого вы не сможете почувствовать себя очень плохим, неблагодарным извергом».

Новая книга Гиваргизова, как и прежние его произведения, адресована детям, которые готовы понять и выслушать взрослых, и взрослым, которые не боятся взглянуть на себя глазами детей. Трудно? А кому сейчас легко? ?

ПИСЬМА КОРОВАМ И ОБЛАКАМ

Тим Собакин – один из тех прекрасных наших авторов, которые пришли в литературу в 1990-х годах и принесли с собою дух игровой свободы и ловкость словесных забав. Поэт, придумавший себе смешное имя с кучей уморительных производных (Сим Тобакин, Ника Босмит и другие), умеет играть и звуками («Мышиный посёлок»), и словами («Очень трудная загадка»), и их значениями («О коровах»). Но самая интересная его игра – это когда слова цепляются смыслами друг за друга, чтобы над сцепками возникли и поплыли новые образы и смыслы:

Мимо звери проплывают,
Всех моделей,
Всех систем –
И которые бывают,
И которых нет совсем.

Поэтическая речь Тима Собакина иногда производит впечатление «слишком разговорной», неправильной, кое-где даже неуклюжей, но именно здесь есть место для юмора и необходимой читателю игры ума.

Почти классические «избранные места из переписки поэта с коровой» вышли в оформлении Зинаиды Суровой – выпускницы московского «Полиграфа», участницы многочисленных выставок и проектов, связанных с книжной иллюстрацией и дизайном, автора «собственных» книг-картинок, «настоящих» картин и раскрашенных скульптур. Художница оформила книгу в той манере, которая близка и хорошо понятна ребёнку: чёрные контуры, цветные заливки, почти как в книжке-раскраске. Однако рисунки Суровой, как и тексты Собакина, просты лишь на первый взгляд. Они великолепны по динамике, чрезвычайно интересны в плане многочисленных подробностей и очень достойно сопровождают логически выстроенный текст «переписки». Даже раздел «Содержание» (что может быть скучнее и проще?) строится Суровой как целая система элементов – линий, дорожек, тропинок, путей, проводов и трубопроводов, – каждый из которых ведёт к «домику», в котором, надо полагать, обитают персонажи собакинских историй и стихотворений: люди, коровы, бегемоты, мухи, мыши, облака… Перед нами замечательный пример взаимопонимания поэта и художника, настоящий подарок для читателей любого возраста – разумеется, для тех, кто тоже понимает!

И ВПРАВДУ ВЫРОС

Есеновский – это всегда нечто неожиданное. Михаил Юрьевич, но вовсе не Лермонтов. Поэт, для которого «лазарет» – композиционный принцип, а «бутерброд» – малая стихотворная форма. Прозаик, воспевший один день из жизни мыла, причём сделавший это в рифму (так что, сами понимаете, не совсем прозаик). Учёный-исследователь, впервые описавший планету Колобок, удивительного мальчика Юру и мировой метрополитен. Организатор, автор, редактор или вдохновитель целого ряда печатных изданий, в том числе альманаха «Колобок и два жирафа». Первый лауреат учреждённой Московским Домом детской книги премии «Синяя птица», которая вручается детским писателям «за творческую дерзость, оригинальность и фантазию».

Юра – тот самый мальчик, у которого постоянно что-то вырастает: то нос, то хвост, то булка из подушки, то парус из простыни – и море вокруг кровати. «Красивая у меня кровать, – думает Юра. – И во сне не скрипит, и в воде не тонет. Я её ”Отчаянный” назову». Вот такой Юра находчивый и смелый. Он, кстати, вообще никого не боится! Несмотря на то, что под кроватью у него живёт ужасный крокодил, за шторой прячется ужасный скелет, а за дверью топчется ужасный шпион со своим главным шпионским вопросом: «А ты кого больше любишь, Юра, маму или же папу?» Между прочим, такие ужасы встречаются детям не только в книжках, но и в жизни. И каждый должен знать, как с ними бороться.

Любой психолог скажет, что лучшее средство от детских страхов – смех. И от житейских неприятностей тоже очень помогает чувство юмора. Этого лекарства в книжке предостаточно – им щедро делятся и писатель Михаил Есеновский, и художница Наталья Корсунская, охотно изображающая все необходимые приметы уютного, обжитого детского мира. Конечно, ужасные крокодилы и скелеты тоже здесь присутствуют, но по картинкам сразу видно, что они ненастоящие, их нечего бояться!

«Хитовое» название цикла историй «Ур-Юр-выр» расшифровывается как «ура, Юра вырос». Герой растёт, преодолевая свои страхи, поднимаясь над житейскими мелочами. А вместе с героем вырастают и читатели – такие же храбрые и находчивые, как удивительный Юра.

РАЗУМНОЕ СУЩЕСТВО ДЕВЧОНКА

Дебютная книга Валентины Дёгтевой под названием «Муза села на варенье» вышла в рамках симпатичнейшего, но, к сожалению, не получившего развития проекта «Библиотека журнала “Колобок и два жирафа”: Новые имена в детской литературе» (руководителем проекта был Есеновский). Произошло это в далёком 2002 году, и с тех пор – увы, увы! – больше книг не выходило, рассказы Дёгтевой можно встретить только в Интернете. Но, судя по отзывам, читатели у Валентины есть – внимательные и постоянные, что не может не радовать.

Её рассказы, смешные и весёлые, интересны тем, что они по-хорошему «девчачьи» – без двусмысленностей, надрывов и претензий. И манера повествования у Валентины вполне девчачья, и логика её героинь – тоже девчачья, и вся жизнь такая.

Вот, например, Нинка случайно попадает в водопроводный люк, а там… Кто сказал – «крыса»? Сам такой! Всё гораздо интереснее и непредсказуемее! Удивительные неожиданности – любимый писательский приём Дёгтевой; другой её конёк – смешные персонажи. Моль запирается в шкафу и пожирает пальто, да ещё сердится, когда её отвлекают; а потом убегает из квартиры с шубой в зубах. Крокодилы за окном летают, разговаривают с австралийским акцентом. А если не крокодилы, то гуманоиды – трёхногие, как табуретки. Да ещё зелёные кошмары по ночам у людей печенье отнимают – не жизнь, а сплошные драматические коллизии!

Художница Надежда Суворова, оформившая книжку, отлично обыграла этот «девчачий» взгляд на мир. Иллюстрации выполнены и пастелью, и мелками, и карандашами, и ещё невесть чем – даже лоскутками, тесьмой и вязаньем! Мир получился разноцветный, непредсказуемый и слегка вверх тормашками… в пределах разумного, однако.

Это вот как раз гуманоид, любитель бубликов, очень интересовался, является ли Нинка разумным существом. А Нинка ему ответила: «Я очень разумное. Считаю до ста и обратно. Стихи наизусть читаю. В крестики-нолики играю мастерски». А что она не умеет вычислять квазиинтегралы и формулу пружинистости метеорита, так это пустяки. Инопланетянин и сам не может разгадать простейшую загадку – «висит груша, нельзя скушать». Кстати, отгадайте! По ответу будет ясно, кто вы – девчонка или гуманоид.

ВЕСЬ МИР – ЦИРК

Чем лаконичнее становятся миниатюры Сергея Георгиева, тем больше в них глубины, тем богаче подтекст. Иной раз кажется, что прочитана полноценная, полноразмерная новелла – и вдруг, возвращаясь к тексту, с удивлением обнаруживаешь, что вся она уместилась буквально в две-три фразы!

«В цирке “Вайссенборн” выступал бегемот. Он пел под гитару песни собственного сочинения, такие скучные, что многие зрители зевали или же просто вставали с мест и уходили».

Прочитали, улыбнулись… и задумались о высоком: о месте культуры в жизни человека, о талантах – истинных и мнимых, о судьбе артиста и о природе чуда… Две с половиной строчки – а сколько толкований, сколько возможностей развить сюжет, осмыслить его так и сяк, сделать выводы!

Пожалуй, этот «цирковой» цикл – лучшее из написанного Сергеем Георгиевичем в последнее время: здесь он ухитряется держать равновесие между притчей и анекдотом, подобно артисту, выполняющему трудный номер без страховки.

Весьма удачным представляется нам и выбор художника для оформления георгиевского «цирка». Екатерина Силина никогда не рисует «буквально», строго по тексту, не «пересказывает» сюжет, не «отражает» эпизоды, – ей интереснее фантазировать и воображать! Выдуманные цирки и вымышленные циркачи Георгиева – отличный материал, дающий простор для самого свободного полёта мысли. В атмосфере циркового ревю более чем уместны фантасмагорические персонажи Екатерины – летающие акробаты, небывалые музыканты, кролики с бесконечно длинными ушами… Представление продолжается вне арены: канат натянут прямо над лесом, и ловкий эквилибрист достаёт балансиром до самых звёзд! Весь мир – цирк, и люди в нём – жонглёры, в старинном, исконном значении слова.

***

Пять книг, таких разных, – и всё-таки они похожи! Все они талантливы, оригинальны и – что немаловажно – своевременны, актуальны для сегодняшнего читателя-школьника. Их авторы – классики нынешнего дня, художники – молодые творцы современного искусства книги, а составитель серии – читатель с отличным вкусом. Хочется думать, что на книжной полке истинного ценителя «Пёстрый квадрат» займёт достойное место.